След на теплой золе

20:10 

Мое с Весеннего феста по Плоскому миру.

emercy
Выкладываю еще и здесь, потому что кое-что подправила.
Название: "Прерванная дружба"
Заявка: №2 от Тёнка:
Чиби!АУ проект чибики-в-каждом-фэндоме. Совместное детство/отрочество Ваймса и Ветинари. Каким образом пересеклись паренек из Теней и отпрыск знатного рода? Какими были их отношения поначалу и как они переросли в романтическую привязанность окей, окей крепкую дружбу? Все на откуп автору! Если фик, то можно не цельный, а серию драбблов. =3
Дисклаймер: отказываюсь.
Персонажи: Ветинари, Ваймс, Сибилла, стражники и обитатели Заводильной улицы.
Рейтинг: G.
Предупреждение: AU, драма. Упоминается смерть второстепенных персонажей. Некоторое несоответствие заявке: в последней части мальчики уже взрослые, зато есть другой ребенок.)) Анахронизм: газеты.

Картина первая

– Ну что, мам, я пойду? – нетерпеливо спросил Сэм Ваймс. Миссис Ваймс оторвалась от шитья и посмотрела на миску с почищенной картошкой, затем на сына.
– Хорошо, – кивнула она. – Только вымой руки…
– Уже, мам! – радостно отозвался Сэм, вскакивая.
– … и предупреди своих друзей, чтобы завтра они тебя не ждали, – продолжила миссис Ваймс. – Поможешь мне шинковать капусту на зиму.
– Ненавижу капусту, – скривился Ваймс.
– Я знаю, Сэм, но она питательная и недорогая.
– Ты опять будешь покупать ее у мистера Тухоллза? В прошлый раз в ней было больше гусениц, чем капусты.
– Ты преувеличиваешь, Сэмми. К тому же только мистер Тухоллз соглашается принимать плату в рассрочку.
– Еще бы! Он сам должен приплачивать за то, что мы забираем эту гадость... Все, мам, я побежал.
– Чтоб к ужину был дома! – крикнула вдогонку миссис Ваймс.

Миссис Ваймс не отпустила бы сына так легко, если бы знала, куда он собирается. Именно сегодня Шумные парни решились на вылазку в Тени. Не просто потихоньку заглянуть на ближайшую улицу и поскорее вернуться восвояси, а прогуляться как минимум до середины квартала. Поэтому на всякий случай каждый из них прихватил с собой нож. В том, что оружие им пригодится, никто не сомневался, но Сэм считал, что это пугать можно любым оружием, а вот сражаться нужно тем, с чем уже успел сродниться.
Размышляя об этом, Сэм завернул в переулок, где его уже ждали остальные Шумные парни. Они не теряли времени даром: их компания окружила тощего мальчишку, который, скрестив руки на груди, всем своим видом показывал, что может ждать хоть до Абокралипсиса, пока им не надоест толпиться вокруг него.
– Сколько можно, Сэм, – пробурчал Том Крайтон по кличке Томат. – Мы тут успели поймать шпиона, пока тебя не было.
– Я не шпион, – возразил пойманный. – Я просто заблудился.
– Нечего было лезть на нашу территорию! – крикнул кто-то из банды.
– Думаешь, он из «макак»? – спросил Сэм.
– Не знаю, да и какая разница? – пожал плечами Томат. Он предвкушал драку. – Шпионам нечего сюда соваться, верно я говорю, парни?
Парни одобрительно закивали.
– Сколько можно повторять: никакой я не шпион! Мы только три дня назад приехали в город! Я не знал, что тут нельзя ходить, где вздумается.
– Тогда тебе повезло, что ты встретил нас, – широко ухмыльнулся Томат. – Ты ведь и в Тени мог забрести.
– В Тени?
Переигрывает, подумал Сэм. Про Тени приезжие узнавали в первый же день.
– Такой квартал, – любезно пояснил Томат.
– Там что, темно? – с любопытством спросил мальчишка..
– Не то чтоб очень, – тем же тоном ответил Томат. – Не желаешь туда прогуляться?
– Это, как я понимаю, большой квартал? – уточнил «шпион», приподняв бровь.
– Да уж, немаленький! – захохотал Томат.
– Тогда лучше завтра. Я возьму с собой что-нибудь перекусить. И скажу родителям, чтобы они не волновались.
Шумные парни расхохотались.
– И откуда ты такой взялся? – отсмеявшись, почти добродушно спросил Томат.
– Из Сто Лат, – ответил мальчишка. – Отец нашел здесь работу.
– В Сто Лат у него не было работы, и вы решили перебраться в большой город? – снисходительно спросил его Томат.
– В Сто Лат вообще ничего нет, одна капуста, – раздраженно ответил тот.
Шумные парни скривились.
– Возможно, ты и не врешь, – задумчиво пробормотал Томат. Сэм закатил глаза. – А вы как считаете, парни? Вздуть нам его или отпустить? Людоед?
– Врет, – Луи Джонсон по прозвищу Людоед был постоянным соперником Томата за главенство в банде.
– Жало?
– Мне кажется, пацан говорит правду.
– Чистюля?
– Правду, Томат.
– Бес?
– Нужно его вздуть, чтобы не болтал, шпион он или нет, неважно, – отозвался Бес.
Сэм Ваймс слушал, пока выскажутся старшие товарищи, и поражался. Ясно ведь, что паршивец врет, пара вопросов – и он сам бы в этом признался. Хотя до сих пор он, надо сказать, держался отлично…
– Сэм! – Сэм был самым младшим в банде, и еще не получил кличку. – Ты ему веришь?
– Да, – неожиданно для себя самого ответил Сэм.
– Ваймс, ты спятил? – прошипел Людоед.
– Я ему верю, – упрямо повторил Сэм.
– Удивляюсь я тебе, Сэм, – бросил Людоед.
«А уж я как удивляюсь, – мрачно подумал Ваймс. – Половина ребят сейчас думает, что я идиот, а другая – что хочу подлизаться к Томату».
– Раз ты такой доверчивый, может, проводишь этого сопляка домой? А то его еще кто-нибудь поймает? – ехидно предложил Бес.
– Точно! – поддержал его Луи. – Ведь он попался, когда мы ждали тебя.
«И что?» – мысленно возмутился Сэм. В какой-то степени Бес был прав. Кто-то должен был проводить этого мальчика домой. Но обычно в таком случае обращались к кому-то из взрослых…
– А мы пока сходим, куда собирались, – добавил Бес.
– Без меня? Это нечестно!
– А мы сходим еще раз все вместе завтра, – ухмыльнулся Людоед. – Когда наш новый приятель запасется бутербродами и разрешением от мамы и папы. Ты ведь веришь ему, значит, веришь, что он завтра вернется?
– Так, может, мы не вызываем у него доверия? – не выдержал Сэм.
– А вот это мы сейчас у него спросим, – вмешался Томат. – Где ты живешь?
– На Лепешечной авеню, – был ответ.
– И кем же работает твой папаша? – мрачно спросил Томат.
– Каретником. А что?
Лепешечная авеню представляла собой широкую, усаженную деревьями и невероятно престижную часть Анка, расположенную высоко над рекой, дабы избежать всепроникающего аромата знаменитых вод. Люди, живущие на Лепешечной авеню, имели личных телохранителей.
Ходили слухи, что они могут спустить на тебя собак, если им не понравится, как ты одет. Люди, жившие на Заводильной улице, предпочитали оказаться в Тенях, чем в богатых районах. В Тенях, по крайней мере, не убивали просто так. Бес и Людоед заметно смутились.
– А может, сходим на Лепешечную все вместе, а, Томат? – спросил наконец Бес.
– Нет, – отрезал Томат. – Всем там делать нечего…
– Да ладно, нам не нужна нянька. Эй, как там тебя, пойдем. До завтра, парни.
Сэм усмехнулся, разглядывая лица приятелей. Никто не скажет, что он сдрейфил. Если этот «шпион» на самом деле живет на Лепёшечной, их не тронут. А если не живет, он смоется от Ваймса в первом же переулке.
Пока они не повернули на Канатную улицу, оба молчали. Потом мальчишка повернулся и процедил:
– Хэвлок.
– Что?
– Ты спрашивал, как меня зовут. Хэвлок.
– А дальше?
Хэвлок на секунду задумался.
– Ветинари.
Черт! Сэм догадывался, что мальчишка из благородных, но что он настолько знатен, даже не предполагал. Похоже, Сэм вляпался. Но если бы они наваляли гаденышу, было бы еще хуже.
– Ты не удивлен, – констатировал юный лорд. – Что меня выдало?
– Ну, ты держишься и говоришь, как лорд, – вообще-то к лорду следовало обращаться на вы и говорить сэр. Но было что-то неправильное в этом, ведь мальчишка не старше его самого. – А еще руки.
– А что с ними? Чистые?
У Сэма зачесались кулаки.
– Слушай, мы просто бедные, а не какие-нибудь там… отбросы!
– Я не хотел никого обидеть, – спокойно ответил Ветинари. – Просто вода стоит денег. А уж нагреть ее – тем более.
– А зачем ее греть? – от удивления Сэм даже перестал злиться.
– Не знаю, у нас так принято, – ответил Хэвлок. – Наверно, чтобы грязь лучше отходила.
– Если часто моешься, грязь не успевает нарасти,– возразил ему Сэм.
Должно быть, очередная причуда богатых.
– Так что там с моими руками?
– Ногти подпилены, как у… – Сэм замялся и покраснел до ушей, – как у леди, только короче. И, вообще, видно, что ты не держал в руках ничего тяжелее ложки.
– Неправда! У нас просто такое сложение!
– Белая кость, – мрачно кивнул Сэм. – А почему ты не сказал, кто ты, когда тебя поймали. Ветинари же принадлежит полгорода! Нам не нужны проблемы!
– Если ты не заметил, проблемы были как раз у меня, – вызывающе заявил Ветинари. – Мне показалось, что здешние жители не жалуют аристократов. Меня вполне могли убить или потребовать у родителей выкуп!
– Ты что? Мы же не разбойники!
– Поэтому вы собирались меня избить? – приподнял бровь Ветинари.
– Я думаю, ты бы отделался тумаками и сломанным носом, если бы за дело взялся Томат. Он считает, что когда идет кровь, это красиво. А если бы Людоед, то одними тумаками и фингалом под глазом. Э-э, может, еще сломанными ребрами. Он иногда увлекается.
– А почему его зовут Людоед?
– Как-то в драке он откусил кому-то кусок уха. А настоящее его имя Луи, вот и…
– Понятно. А чем вообще занимается ваша банда?
– Следим за порядком. Ну и деремся.
– За порядок.
– Просто на улице Мертвой Мартышки есть пара торговцев, которые хотели бы торговать на нашей. И они подговорили своих ребят, чтобы они переворачивали здесь тележки и все такое.
– Почему бы им просто не поставить здесь еще и свои тележки?
– Все равно все будут покупать у соседей. Вот мы и охраняем их от банды Мертвой Мартышки.
– А как тогда вы собрались пойти в Тени?
– У нас сейчас перемирие, – пояснил Сэм. – Кстати, сейчас мы подходим к их территории, так что лучше сделай вид, что ты не со мной.
– Ты же сказал, у вас перемирие.
– Вот именно, и я не собираюсь его нарушать, тем более в одиночку. Если что, беги к мосту: в Анке они не станут тебя преследовать.
Вопреки опасениям Сэма, их не заметили. Хэвлок остановился.
– Здесь меня уже не тронут. Ты можешь возвращаться.
– Спасибо, что разрешили, ваша светлость, – не удержался Сэм.
– Это тебе спасибо, – Ветинари проигнорировал его тон. – До завтра.
– Ты что, псих? Ты намерен вернуться завтра?
– Из-за меня ты пропустил вылазку. А если я завтра не приду, то поставлю тебя в глупое положение. Кроме того, я тоже хочу сходить в Тени, а в компании это безопаснее.
– Неужели ты думаешь, мы возьмем тебя в Тени? Ты же лорд! Если с тобой что-то случится, твоя семья сровняет с землей полгорода!
– Не сравняет, ведь это их собственность. Но почему со мной должно что-то случиться?
– В Тени даже стражники боятся заходить.
– Они даже своей тени боятся! А как же ты? Ты ведь не боишься!
– Боюсь, но я умею за себя постоять.
– Я тоже. Я занимался боксом и фехтованием, и с кинжалом могу обращаться.
– Пойми, это Тени. Там бьются насмерть и без правил. А свой кинжал ты даже не успеешь вытащить!
– Тогда, – Хэвлок на секунду задумался, – ты бы мог показать мне несколько приемов!
– Приемов? – опешил Сэм.
– Удары, которые вы используете, чтобы «за себя постоять», – пояснил Ветинари.
Сэм понял, что без наглядного урока не обойтись.
– Хорошо, – вздохнул он. – Может, тогда ты поймешь, что не стоит тебе соваться в Тени.
Оба завернули за угол, чтобы не привлекать внимания.
– Нападай, – сказал Сэм. Хэвлок замахнулся на него кулаком. Ваймс легко увернулся и заехал Ветинари коленом в пах. Тот скорчился от боли и прошипел:
– Ну что ж, теперь я понимаю…
– О, слава богам!
– … что прежде, чем идти в тени, мне нужно взять еще несколько уроков. Ты как, не против? – спросил Хэвлок, выпрямляясь.
Сэм неожиданно для себя обнаружил, что нет, не против. «Надо будет по голове, – мелькнула мысль, – глядишь мозги на место и встанут». И тут же согнулся от удара между ног.
– Кстати, я очень способный ученик, – ухмыльнулся Ветинари.
Ну что ж, ты сам напросился!
– Согласен, но завтра ты никуда пойдешь. С остальными я сам поговорю.
– Хорошо, – на удивление легко согласился Хэвлок. – Что насчет оплаты за уроки?
Нет, брать с кого-то деньги за то, что будешь бить этого человека, Сэм считал неправильным.
– У тебя есть книги? – спросил он своего «ученика».
– Разумеется, – фыркнул тот.
– Значит, я учу тебя драться, а ты будешь давать мне книги почитать. Одно занятие – одна книга. Книгу я потом верну.
– Тогда можешь брать хоть десять книг зараз, – пожал плечами Хэвлок. – И когда следующее занятие?
– Послезавтра.
– Какую книгу тебе принести?
– Не знаю, – растерялся Ваймс. – Что-нибудь на твой выбор.
– А где мы будем заниматься?
– Тебе принадлежит полгорода, а ты не можешь придумать подходящего места?
– Не мне, моему отцу. Но так и быть, я подумаю.
– Встречаемся здесь же, на сегодня твое задание – благополучно добраться до Лепешечной.
– Слушаюсь, господин учитель, – ехидно усмехнулся Хэвлок.
– И я намерен проследить, чтобы ты нигде не ошибся.
Сэм насладился удивленным выражением лица Ветинари. В конце концов, если не удалось выбраться в Тени, почему бы не взглянуть на Лепешечную?

Картина вторая

- «В четвертый раз я, вероятно, убью вас, – сказал он, протягивая Рошфору руку, чтобы помочь ему встать.
– В таком случае будет лучше для вас и для меня, если мы на этом покончим, – ответил раненый. – Черт побери, я к вам больше расположен, чем вы думаете! Ведь еще после нашей первой встречи я бы мог добиться того, чтобы вам отрубили голову.
Они поцеловались, но на этот раз уже от чистого сердца и без всяких задних мыслей.» Все, – вздохнул Сэм, закрывая книгу. Иногда он подумывал, что вместо двух-трех толстых книг лучше брать десять тонких. Тогда можно было бы прочитать две тонких книги во дворе, а остальные дома и не надрывать глотку.
– Нехило, – оценил Томат. – Только подружку его жалко.
– От баб одно зло, – со знанием дела возразил Жало. Его мать умерла, когда он был совсем маленьким, а от мачехи он ничего хорошего не видел. – И Рошфор этот все равно урод. Скажи спасибо, что тебе не отрубили голову за то, что он тебя богаче. Я надеюсь, его кто-нибудь прикончит.
– Там еще продолжение есть, – поспешно сказал Ваймс, покуда парни не начали в очередной раз сравнивать Рошфора с Ветинари. – Я завтра принесу.
Парни оживились.
– У вас сегодня стрелка? – спросил Томат. Сэм кивнул. – Тогда иди.
Ваймс шел и думал, чтобы сказали его друзья, если б узнали, что их «занятия» давно свелись к дружескому трепу и прогулкам по городу. Год назад, соглашаясь давать «уроки», он даже не предполагал, что подружится с Ветинари, а несколько враждующих банд заключат перемирие и организуют что-то вроде читального клуба. Правда, читал только Ваймс (книги ведь нужно было вернуть), остальные слушали и высказывались по поводу прочитанного. Доходило и до драк, как на прошлой неделе, когда Бес назвал Атоса мудилой.
Сэм пришел к виселице даже чуть позже, чем они с Хэвлоком договорились. Подождав около получаса, он уже собрался восвояси, когда услышал продавца газет:
– Свежие новости! Свежие новости! Лорд и леди Ветинари убиты при сопротивлении аресту! Покупайте! Имущество Ветинари конфисковано! Покупайте! Свежие новости!
Ваймс схватил маленького продавца за шкирку:
– Что там насчет Ветинари? А ну, покажи!
Строчки замелькали у него перед глазами: «…подозревались в заговоре против патриция… оказали сопротивление аресту и спровоцировали… вина может считаться доказанной… сообщникам удалось уйти от правосудия...»
Сэм отпустил мальчишку и всех ног побежал на Лепешечную. Подобравшись к дому Ветинари, он увидел, как солдаты выносят из него сундуки. Хэвлок стоял у живой изгороди, окружавшей угодья Ветинари, и с мнимым спокойствием наблюдал за этим. К нему направлялась крупная девочка в роскошном, хоть и грязном платье, вся увешанная драгоценностями. Сэм решил подождать, пока она не уйдет.
– Сибилла, – улыбнулся ей Хэвлок. – Прости, я как раз собирался пойти поздравить тебя с днем рождения.
Сибилла вымученно улыбнулась в ответ.
– Спасибо, Хэвлок, это не так важно, – сказала она, и Сэм вздрогнул от звуков ее голоса. Голос был звонкий, громкий и проникающий до печенок. – Я тут покопалась в комнатах леди Ветинари. Эти охранники даже не заметили, что когда я вошла, при мне не было ни драгоценностей, ни сумочки. Даже монограмму на сумке проморгали. В общем, мне удалось кое-что спасти.
Сибилла раскрыла сумочку и протянула ему. Та была битком набита драгоценностями.
– Сибилла, ты настоящий друг!
– Папа говорит, что Ветрун приказал разрушить дом. Я бы на твоем месте раздала кольца слугам, раз они теперь останутся без работы.
– Действительно, ведь взрослым людям гораздо труднее заработать на жизнь, чем двенадцатилетнему мальчику.
– О тебе позаботится твоя тетя. Но если что, ты всегда можешь обратиться за помощью к папе.
– Я вам благодарен, Сибилла, правда. Но будет лучше, если я не буду подставлять вас под удар. Вы с отцом и так немало сделали.
Сибилла грустно кивнула и повернулась к нему спиной.
– Помоги мне расстегнуть застежку.
– Не нужно, оставь себе.
– Хэвлок, это фамильное ожерелье. Оно должно принадлежать твое жене.
– Жене? Сибилла, ты сошла с ума?
– Когда-нибудь ты женишься, – возразила Сибилла, теребя застежку.
– Для чего? Чтобы мою жену застрелили из арбалета у меня на глазах? – выкрикнул Хэвлок, отворачиваясь.
Сибилла подскочила к Ветинари и порывисто схватила его за плечи, заглядывая в глаза.
– Со временем все образуется, Хэвлок. Тебе просто нужно самому стать патрицием, только и всего. Тогда твою жену никто не посмеет тронуть.
Хэвлок улыбнулся ей:
– Хорошо, я подумаю над этим.
– А ожерелье передашь на хранение леди Мизероль.
– Возможно, ты права, – нехотя признал и помог ей снять украшение.
– Отец хотел поговорить с тобой, – сменила тему Сибилла.
– Не могла бы ты сказать, что мне нужно какое-то побыть одному?
– Конечно-конечно! Я пойду, найду его, пока он не послал за тобой кого-то еще.
– Погоди! Твой подарок ко дню рождения.
Ветинари извлек из-за пазухи спящую серую крысу размером с кошку. Сибилла восторженно вскрикнула.
– Хэвлок, ты просто чудо! Где ты ее взял?
– В подвале, там таких полно.
– А у тебя еще осталось снотворное?
– Немного, а что?
– Мы должны выловить остальных, пока они не умерли с голоду.
– Сибилла, они не умрут с голоду. Они уйдут в другие подвалы.
– Ты уверен? Тогда, я, пожалуй, искупаю твой подарок, пока он спит.
– Надень рукавицы, – посоветовал Ветинари, – от воды она может и проснуться.
Сибилла пролезла сквозь живую изгородь и поспешила к соседнему дому, бережно прижимая к себе крысу. Ветинари подождал, пока девочка скроется из виду и сказал:
– Лезь уже сюда, Сэм. Солдатня слишком занята, чтобы обращать на тебя внимание.
– Как ты узнал, что я здесь?
– Услышал твои шаги. Только у тебя такие тонкие подметки. И ты совершенно не умеет подкрадываться.
Сэм покраснел, как будто в этом было что-то постыдное.
– Я не собирался подслушивать, просто побоялся испугать эту девочку, Сибиллу.
– Чтобы испугать Сибиллу, нужно что-то посерьезнее. Я думаю, когда за ней явиться Смерть, она сделает ему выволочку за то, что он неправильно питается.
Сэм хмыкнул.
– Я уж понял, что если она не боится крыс… Почему бы тебе не подарить ей кошку или щенка?
Обитателям Заводильной улицы была чужда теория о том, что животных можно держать, не планируя когда-нибудь съесть. Исключением были кошки, которых держали того, чтобы мыши и крысы не тронули и без того скромные припасы. Но они добывали пропитание себе сами и особо со своими хозяевами не пересекались. Определить, что кот чей-то можно было только по тому признаку, что он гадит в доме, а не улице. Но вообще Ваймс понаслышке знал, что люди побогаче заводят кошек или собак просто так, играют с ними, убирают за ними, кормят, наряжают, в общем, возятся, как с младенцами.
– Да нет, это крысы ее не боятся. А Сибилла не боится тех, кого любит. А животных она очень любит. Это неудивительно, если учесть с какими людьми ей приходится общаться.
– С тобой, например.
– Точно. Но у меня хотя бы есть голова на плечах, – без тени улыбки согласился Хэвлок. – Я попрошу у нее остальные книги про кирасиров.
Откладывать разговор не представлялось возможным и Сэм, собравшись с духом, неловко пробормотал:
– Мне очень жаль, что такое случилось, с твоими родителями. Я уверен, на самом деле они ни в чем не виноваты…
– А я надеюсь, что виноваты! – яростно перебил его Ветинари. – Если патриций приказывает убить женщин и детей, чтобы украсть их состояние, я не хочу верить, что мои родители были к нему лояльны!
– Детей? – сглотнул Ваймс.
– Солдаты обыскивали дом еще полчаса после того, как застрелили их, – выдавил Хэвлок, – Искали меня. Едва не прикончили одного из сыновей нашего пекаря по ошибке. Если бы я в тот момент не ловил для Сибиллы ту крысу, меня бы тоже убили.
Сэм был в шоке.
– Тогда тебе, наверно, лучше уехать?
– Не знаю, как решит тетя. Скорее всего, нет. Мне исполнилось двенадцать, так что, я думаю, я пойду в школу при Гильдии Убийц, как и предполагалось.
– В школу при Гильдии Убийц? – переспросил Сэм с ужасом и удивлением. – Ты что, хочешь быть убийцей?
– В данный момент очень хочу, – мрачно ответил Ветинари, бросив взгляд на солдат.
Сэм смутился.
– Но это было бы неправильно, – попробовал возразить он.
– Так же неправильно, как то, что случилось с моими родителями? Или чуть более? Или чуть менее?
– Неправильно брать за это деньги, – развил свою мысль Сэм.
– Почему? Это просто бизнес.
– Это не только бизнес! – выкрикнул Сэм. – Ты только что признался, что хочешь отомстить! И ты идешь в Гильдию, чтобы научиться убивать! Ты станешь наемным убийцей, и тебе за твою месть заплатят!
– Это весьма приятный побочный эффект. Что плохого в том, чтобы быть богатым?
– Ветрун приказал убить твоих родителей ради того, чтобы украсть ваше состояние, – зашел с другой стороны Ваймс. – Ты собираешься убить его за деньги. Чем ты тогда ты лучше?
– Тем, что я сделаю это сам? – предположил Ветинари. – Не прячась за спину солдат и не придумывая легальные основания.
– Какие?
– Законные, – перевел Ветинари. – Но на самом деле ты не прав. Мои родители собирались отдать меня учиться в Гильдию, потому что там дают прекрасное классическое образование. А теперь у меня появилась еще одна причина пойти туда.
– Чтобы отомстить, – мрачно кивнул Сэм.
– Наоборот. Чтобы не отомстить. Сейчас меня сдерживает только понимание, что мне не удастся отомстить. Мне нужно что-то, что не дало бы мне прикончить Ветруна, когда я вырасту и буду в состоянии это сделать.
– И это будет?
– Правило Гильдии. Всякое убийство должно быть оплачено.
Сэм вздрогнул.
– А как насчет того, чтобы не убивать, потому это незаконно или просто нельзя?
– Нельзя? Нельзя дышать под водой. А закон все нарушают.
– А правило ты не можешь нарушить?
– Нет. Потому что Гильдия следит за соблюдением своих правил. А еще потому, что тогда я перестану быть наемным убийцей и стану обычным головорезом.
– А я думал, благородным мстителем, – Сэм вспомнил д`Артаньяна.
– В мести нет ничего благородного, – покачал головой Ветинари. – Но и в прощении тоже. Не понимаю, почему ты так настроен профессии наемного убийцы. В конце концов, чем лучше алхимики? Они с завидным постоянством продолжают взрывать свою Гильдию и ближайшие дома. А помнишь, как в прошлом месяце целый квартал взлетел на воздух? Гидьдия Убийц за год столько людей не упокоит!
– Но алхимики ведь это не планировали! Кроме того, они и сами гибнут каждый раз!
– И что у нас получается? – вкрадчиво спросил Ветинари. – Гильдия Убийц за год предает земле около сотни человек, причем тех, кого хочет. Гильдия Алхимиков – триста, но тех, кого меньше всего хотела бы уничтожить. Гильдия Убийц в год теряет одного-двух своих членов, Гильдия Алхимиков сохраняет только Совет Гильдии. При этом доходы Гильдии Убийц в двадцать раз больше, а расходы в двенадцать раз меньше. Что из этого следует?
Сэм пожал плечами.
– Что убийцы умнее, – сам ответил Хэвлок.
– Их доходы такие высокие только потому, что они загибают сумасшедшие цены за свою работу, – запоздало возразил Сэм.
– На тебя не угодишь, Сэм. То ты говоришь, что убийство – это плохо, то жалуешься, что оно не всем доступно.
– С тобой невозможно разговаривать, – буркнул Ваймс.
– Со мной невозможно спорить, – поправил его Ветинари. – Сэм, пойми, я – это я. Я не превращусь в монстра только потому, что научусь пользоваться арбалетом.
Сэм кивнул ему, хотя понимал, что Хэвлок вряд ли может знать это наверняка. Но они были друзьями, и Сэм решил в него поверить. Что-то подсказывало ему, что в этом случае шансы стать монстром у его друга и вправду понизятся.

Картина третья

– Глядите, ребята, кого я нашел!
Ребята, а именно констебли Шноббс, Гафкин и Карри, капрал Бордо и сержант Ваймс без особого любопытства посмотрели на щенка в руках сержанта Колона.
– Утопить хотели в Анке. А щенок-то породистый, верно говорю.
Сержант Колон опустил щенка на землю. Тот принюхивался какое-то время, потом, видимо, пришел к выходу, что окружающая среда его не устраивает, облаял всех стражников и гордо отвернулся.
– Похоже, мы не очень-то ему понравились, Фред, – заметил Сэм Ваймс.
– Сразу видно – порода, – подняв палец вверх, глубокомысленно заявил Шнобби.
– Надо подыскать ему хозяев, а пока накормить, – добавил Кэрри.
– Сейчас парад, забыли? – напомнил капрал Бордо.
Ваймс сразу помрачнел.
Он знал, разумеется, что Хэвлок Ветинари не святой, но не думал, что тот превратился в такую сволочь, что даже займет место патриция. Первые дни Сэм надеялся, что все как-нибудь разъяснится. Но за неделю своего правления Ветинари умудрился поставить город с ног на голову. Он практически легализовал преступность. Ворам теперь ни к чему было скрываться, от них требовалось лишь не превышать бюджет и следить, чтобы не было нелицензированного воровства. Следующим его шагом, очевидно, будет роспуск Стражи, которая теперь почти не была нужна. Сегодня Ветинари официально принимал бразды правления в свои руки.
– Я не пойду, – заявил Сэм. – Так что я о нем позабочусь.
– Как это ты пойдешь, Сэм? – возмутился Колон. – А что мы скажем его светлости?
– Вряд ли его светлость знает, сколько нас, Фред. Если что, скажешь, что я заболел.
Когда ребята ушли, он купил песику молока, а себе виски, и, не слушая возмущенный лай, открыл бутылку. После нескольких глотков стало полегче, хотя нет, не стало. Вероятно, глотки были недостаточно большие. Когда бутылка опустела, Ваймсу было плевать на все. Он не знал, сколько просидел в столовой до тех пор, пока перед глазами не появилась обеспокоенное лицо Фрэда Колона.
– Плохо дело, приятель, – сказал он. – Тебя вызывают во дворец.
– Ну и прекрасно, – беспечно ухмыльнулся Ваймс, – заодно и собачку выгуляю.
Холодный воздух протрезвил Сэма. Когда Ваймс уходил, ребята уже начали сбрасываться ему на похороны. Шнобби, должно быть, уже принимает ставки, казнит ли патриций собаку.
У ворот замка стояли два стражника. Ваймс подошел к ним.
– Сержант Ваймс, Ночная стража, – представился Сэм, хотя особой нужды в этом не было – парни из Дворцовой Стражи его знали. – По приказанию патриция.
– Приемная на втором этаже, – отозвался один из стражников.
– А сдать оружие? – удивился Ваймс.
– Лорд Ветинари отменил это правило.
– Можно я оставлю здесь моего пса?
Стражники переглянулись.
– Ладно, – сказал один из них. – Но ты уж постарайся, чтобы патриций тебя не казнил, мне твоя собачонка без надобности.
– Обязательно, – кивнул Ваймс.
В приемной других посетителей не было, и секретарь сразу привел его в кабинет патриция. Ветинари сидел за столом и что-то писал. Он совсем не изменился… внешне.
– Сержант Сэмюель Ваймс, ваша светлость, – доложил секретарь.
Ваймс отдал честь.
– Сэр, – произнес он чужим голосом.
Смотреть на Хэв… патриция было больно, и Ваймс уставился на корону на обоях футом выше и шестью дюймами левее его головы.
– Можешь идти, Воунз, – а вот голос, или, возможно, тон изменился. Он как будто говорил: пока можешь – иди, Воунз.
Ваймсу стало легче. Хэвлок никогда так говорил.
Ветинари молча ждал, пока дверь за секретарем закроется. Затем вышел из-за стола и протянул Ваймсу руку, испытующе глядя на него своими пронзительными глазами.
– Стражники приветствуют, отдавая честь, ваша светлость, – мягко, словно ребенку, объяснил ему Ваймс, снова салютуя.
– Понятно, – холодно протянул патриций, прислонившись к столу. – Раз уж речь зашла о приветствиях, объясни, пожалуйста, почему ты не принял участия в параде? Кстати говоря, присаживайся.
– Я был пьян, сэр, – повинился Ваймс, вытягиваясь в струнку.
– И почему же, сержант?
– Перебрал, сэр. Я хотел сказать, выпил больше, чем следовало, если хочешь держаться на ногах.
Ветинари не дал себя сбить.
– Я спрашивал, по какой причине ты прикладываешься к бутылке.
– Отмечал вашу инаугурацию, сэр.
– Понятно, – медленно произнес патриций. – Что ж, надеюсь, в следующий раз ты рассчитаешь дозу алкоголя точнее.
– В следующий раз, когда я буду его пить, сэр, или когда будет следующая инаугурация патриция? – почтительно переспросил Ваймс.
– И в том, и в другом случае, сержант. Но мы отвлеклись от цели твоего визита ко мне. Я позвал тебя не для того, чтобы обсуждать твой образ жизни или сегодняшний казус. Видишь ли, сержант, мне хотелось бы услышать твое профессиональное мнение по поводу одной интересной головоломки. Тем более, ты в какой-то мере лицо, заинтересованное в разгадке.
– Сэр?
– Дело в том, сержант, что когда мне было одиннадцать лет, я заблудился в городе. – Ваймс не видел лица патриция, но чувствовал на себе его пристальный взгляд. – Один мальчик, примерно моего возраста, защитил меня от своих старших друзей, которые хотели побить меня и отвел домой. Более того, он научил меня защищаться, чтобы в случае подобных передряг я мог постоять за себя. После этого мы подружились.
– Удивительно трогательная история, сэр, – бесстрастно произнес Ваймс, хотя внутри у него все кипело от бешенства.
– О, дальше будет еще удивительнее, – сказал Ветинари. – Когда мне было восемнадцать лет, я уехал из города. Представь мое изумление, сержант, когда я вернулся и увидел тебя, как две капли похожего на моего друга. За одним, правда, исключением: ты не испытываешь ко мне дружеских чувств. Как ты можешь объяснить такое загадочное совпадение?
Терпение сержанта лопнуло.
– Такое бывает, ваша светлость. Взять хотя бы случай на прошлой неделе. Я ждал возвращения в город моего друга детства, а вместо него в город вернулся патриций, и представляете себе, сэр, внешне они тоже неотличимы.
– Интересно, – сказал Ветинари. – Как ты думаешь, сержант, эти случаи как-то связаны между собой?
– Я постараюсь разобраться в этом, сэр.
– Хотелось бы прояснить еще один момент, сержант. Когда ты сказал, что в город вернулся патриций, у меня создалось впечатление, что ты считаешь патрициев неким особым видом людей.
Тогда уж, особым видом нелюдей.
– Разве это не так, сэр?
– Занятно. И что позволило тебе выделить их в отдельную группу? Неужели патриции так похожи?
– Значительно, сэр… Вашу светлость не затруднит подождать одну минутку? Мне нужно отлучиться.
Патриций кивнул и Ваймс, выскочив из кабинета, направился к воротам. Там он забрал у стражников собаку и вернулся в Овальный кабинет.
– И зачем ты привел сюда этого щенка, Ваймс? – устало спросил патриций.
– Подарок, – объявил Сэм.
– И почему же именно собака?
– Друг, – объяснил Ваймс. – Каждому человеку нужен друг. Кто-то, кто его не боится.
– А двух друзей у патриция быть не может? – ледяным тоном спросил Ветинари.
– Одна из общих черт патрициев, ваша светлость, – то, что у них не бывает друзей. Вероятно, это причина казуса, который так заинтересовал вашу светлость.
– По-твоему, я ничем не отличаюсь от моих предшественников, Ваймс?
– Вы во многом их опережаете, сэр. Например, вы вошли в историю, не успев стать географией. Прежние правители нарушали закон, вы же изменили его, чтобы не пришлось нарушать.
– Ты намекаешь, что я преступник, сержант?
– Никак нет, сэр. Вы объявили воровство легальным и оставили полсотни людей без смысла жизни и, возможно, без работы. Но это ведь не преступление, не правда ли, ваша светлость? Это политика.
– Ты совершенно прав. И я надеюсь, эта политика пойдет на пользу городу.
Ваймс наконец посмотрел в лицо Ветинари. Тот был абсолютно серьезен, в этом не было ни капли сомнения. Неожиданно себя Сэмюель Ваймс рассмеялся. Он хохотал даже несмотря на стакан ледяной воды, который Ветинари выплеснул ему в лицо, чтобы успокоить.
– Ты превзошел всех, Хэвлок, – выдавил он сквозь смех. – Другие сходили с ума только к концу правления, ты же уложился за неделю. Я должен был догадаться еще когда у меня не забрали меч.
– Меч? – Ветинари смотрел на него так, как будто это он, Сэм, спятил.
– Ты велел пропускать людей, не забирая у них оружия, – объяснил Ваймс, вытирая слезы.
– Разумеется. Хорошему правителю нечего бояться своих сограждан.
Ваймс снова захлебнулся смехом.
– Похоже, ты еще не совсем протрезвел, – поморщился Ветинари. – Давай продолжим наш разговор завтра.
– О, а что, завтра какой-то святой день, в который нужно быть трезвым? – спросил Ваймс, успокаиваясь.
– Не смешно, Сэм.
– А я и не шучу! Можете сделать со мной, что вам угодно, но трезветь я не собираюсь! Наоборот, приду домой и наберусь еще больше! И сомневаюсь, что у меня вдруг появится повод остаться трезвым. Но буде такое случится, обязательно попрошу вашу светлость об аудиенции! – проорал Ваймс, затем отдал честь. Потом сделал поворот кругом и строевым шагом вышел из кабинета. Он закрыл дверь так аккуратно, что она даже не скрипнула.
До патриция донесся глухой стук — это сержант со всех сил врезал кулаком по стене.
Лорд Ветинари задумчиво наблюдал за тем, как он, по-прежнему чеканя шаг, прошел через двор, вышел из ворот и направился, судя по всему, к ближайшей забегаловке. От размышлений его отвлек яростный лай. Видимо, подарок был голоден. Патриций вызвал секретаря и приказал принести молока.
– Ваша светлость, в приемной ждут главы Гильдий, – почтительно напомнил Воунз, поставив миску перед песиком.
– Пусть войдут.
Щенок подозрительно обнюхал миску, затем осторожно лизнул, иначе не скажешь, молоко. Главы городских гильдий, войдя в кабинет, мгновенно переключили внимание пса на себя. Обнюхивать или как-либо иначе исследовать он их не стал, будто зная заранее, что ничего хорошего не обнаружит. Облаяв всех, щенок начал медленно лакать молоко, не спуская при этом взгляда с присутствующих. А патриций тем временем не спускал глаз с него. Обсуждение Гильдии Воров постепенно переросло в яростный спор.
– Мы не можем этого допустить, милорд! – выкрикнул глава Гильдии Оружейников и вскочил с кресла.
Песик бросился к нему с яростным лаем и ухватил за штанину.
– Сидеть, – потребовал лорд Ветинари, но на пса, в отличие в от поспешно плюхнувшегося в кресло президента, это не произвело никакого впечатления. – Воунз, налей ему еще молока. Мои извинения, господин Хайнз.
Щенок вернулся к своей миске. Гавкнув еще несколько раз на Воунза и самого патриция, он перевернул миску и демонстративно помочился. Лорд Ветинари поднялся:
– Предлагаю, господа, перейти в зал для совещаний. Воунз, распорядись, чтобы для щенка доставили все необходимое. И погуляй с ним, пожалуйста. Сегодня у меня очень насыщенный график.
– Разумеется, милорд. А как его зовут?
– Ва… кхм … Ваффлз.
Час спустя выгулявшийся, вымытый и накормленный Ваффлз снова предстал перед правителем Анк–Морпорка. Увидев хозяина, пес слегка шевельнул хвостом.
– Отлично выглядишь, Ваффлз.
В ответ Ваффлз презрительно фыркнул. Лорд Ветинари ничего на это не ответил, и песик забеспокоился. Подойдя к патрицию, он подергал того за одежду. Лорд Ветинари внимательно наблюдал за его действиями. Щенок немного подумал, потом поднялся на задние лапы и неуверенно лизнул патриция в руку. Лорд Ветинари улыбнулся и погладил пса по голове. Тот немедленно зарычал.
– Хочешь собачьего печенья?
Ваффлз разразился возмущенным лаем. «Похоже, это будет интересно», – подумал патриций и начал набрасывать проект закона об алкогольной продукции.

Конец.

Тапки приветствуются.

@темы: Пратчеттомания, Мое, Фики

URL
Комментарии
2012-07-10 в 22:51 

SS_93
Мне очень понравилось :heart:

2012-07-11 в 10:18 

emercy
Спасибо, я рада.

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?
главная